Мировое лингвистическое разнообразие: Пушкинский музей показал выставку «Всеобщий язык»


Мировое лингвистическое разнообразие: Пушкинский музей показал выставку «Всеобщий язык»

Испокон веков в человеке борются два начала: стремление «сотворить себе имя», как сформулировано в 11-й главе Книги Бытия, и тяга к единению всех людей мира. Самой красноречивой и известной метафорой этого противоречия стала притча о Вавилонской башне. Выставка в Пушкинском музее под названием «Всеобщий язык» начинается как раз с этой библейской истории. Неизвестно, существовала ли та самая Вавилонская башня, из-за которой Бог заставил людей заговорить на разных языках. Однако небоскребы мы строим по сей день. И по сей день стремимся заново найти общий язык.

На розовой лестнице, ведущей в Белый зал, разложены кирпичи, словно вынутые из той самой мифической Вавилонской башни. На каждом кирпичике стоит человек в черном – всего их 12, как часов на циферблате. И вот музейную тишину прорезает звук: «Пока не исчезнет слово», – слышится тут и там на разных языках. Каждый из 12 участников перформанса говорит фразу на родном ему языке: чувашском, французском, грузинском, арабском, японском, итальянском, иврите, армянском и пр. Между фразами участников акции «Пока не исчезнет слово» звучат фрагменты из музыки разных народов мира – звуковой каркас перформанса композитор Олег Макаров создал из более чем 100 фрагментов. Такая саунд-инсталляция, соединившая разнонациональное многоголосье воедино, в один из дней работы выставки «Всеобщий язык» стала своеобразными вратами, через которые можно было попасть на масштабный проект Пушкинского музея. Посетители могли свободно пройти сквозь звучащее слово, почувствовав на себе мировое лингвистическое разнообразие. Для автора перформанса, художника Сергея Катрана было важно, чтобы участниками акции стали именно носители языка. И чтобы из одной фразы сложился своеобразный звуковой коридор, по которому можно свободно передвигаться. Да и кирпичи художник подобрал не простые – специально привез из Петербурга старинные камни, найденные на развалинах ныне разрушенного исторического здания.

«Озвучка» идеи выставки красноречиво подводит к ее разнообразному содержанию, представленному в семи разделах. Ключиком становится тот, что представляет притчу о Вавилонской башне. Здесь не только иллюстрации художников разных эпох и национальностей, которые иллюстрируют предание, описанной в 11-й главе Книги Бытия. Но и другие изображения монументальных высоток, которые в разные времена мечтали построить люди, удивительно похожие на Вавилонскую. Среди них есть редкие рисунки. Например, утопический архитектурный проект Георгия Гольца, созданный в разгар Великой отечественной войны, 1942-43 годах. Автор придумал сооружение, напоминающее средневековую многоярусную крепость, которая должна была бы стать пантеоном героев ВОВ.

Или проект небоскреба Радио-сити, созданный для Нью-Йорка Борисом Иофаном в 1938-39 годах. Спустя пару лет архитектор переработал идею и создал другую утопию – Дворец Советов, который должен был вырасти на месте уничтоженного Храма Христа Спасителя. Но и эта «вавилонская башня» осталась лишь намерением. В ХХ и ХХI веке человечество создано немало небоскребов, однако, самые амбициозные проекты часто остались невоплощенными. Словно повторяя библейскую историю.

Каждый из разделов содержит редкие документы и предметы, которые под разными углами рассказывают о нациях, искусстве слова, умении общаться и договариваться. Отдельный зал представляет древние манускрипты с переводами на несколько языков. В другом представлены портреты искусных дипломатов, которые вписали свои имена в историю искусства. Это, например, художник Питер Пауль Рубенс (портрет с сыном Альбертом – из коллекции Эрмитажа) – он был не только выдающимся живописцем, но и советником Изабеллы Испанской по вопросу продления перемирия с Голландской республикой, к тому же знал шесть языков. Сын художника-дипломата тоже был полиглотом – писал стихи на латыни.

Читайте также

Оставить комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите самый большой кружок: