О зеленых легких Смоленска и инвентаризации кладбищ


О зеленых легких Смоленска и инвентаризации кладбищ

Гостем пресс-клуба «Рабочего пути» стала директор МБУ «Зеленстрой» Виктория Сергеевна МАЙСТРЕНКО.

— Виктория Сергеевна, что из себя представляют зеленые легкие города Смоленска? Как они себя чувствуют?

— Я считаю, что хорошо. Потому что они омолаживаются: аварийные деревья вырубаются, и одновременно мы ведем высадку новых зеленых насаждений в рамках восстановительной стоимости, а также компенсационное озеленение и благоустройство. С 2008 года сокращения площадей зеленых насаждений в Смоленске нет — сейчас работники МБУ «Зеленстрой» обслуживают 116 га.

— Есть ли в штате предприятия агрономы, дендрологи, энтомологи? Проводится ли мониторинг насекомых-вредителей? К сожалению, в Смоленске довольно много больных деревьев. Многие наверняка замечали пятнисто-рыжие листья каштанов – следы жизнедеятельности каштановой моли…

— У нас в штате есть агроном с высшим образованием, которая работает уже 15 лет. И мы, конечно же, ведем эту работу. Но болеют не только каштаны, в 2017 году скинули листву и тополя. Мы прекрасно понимаем, что обработка ядохимикатами в городских условиях опасна для жизни людей. Естественно, никто этим заниматься не будет. Что касается старых больных тополей, то мы потихоньку будем их убирать, а на их месте высаживать другие породы. Очень большой сброс листьев на тополях был в этом году на ул. Николаева, неподалеку от школы No26. Но как только приступаешь к спилу отживших свой век деревьев, начинается буря возмущения, которую неизменно подхватывают журналисты, а мне потом приходится объяснять, что именно и почему мы делаем, в том числе и в прокуратуре.

— Почему спилили липы и тополя около главпочтамта? Они-то уж точно никакими болячками не страдали…

— Территория по ул. Октябрьской Революции, 8, является частной. Есть свидетельство о праве собственности на участок земли площадью 1,5 тыс. кв. м. Ее собственник долгое время не ухаживал за своими зелеными насаждениями. И мы туда не имели права даже зайти — ни спилить, ни отформовать, ни что-либо убрать. В этом году собственник обратился к нам с просьбой привести в порядок этот участок. К тому же пять кленов росли на инженерных коммуникациях «Ростелекома». Еще шесть деревьев были аварийными (ясень, липа и четыре ясенелистных клена). Причем за последние два года два дерева падали на здание. В итоге из 29 спиленных деревьев 11 — подлежали сносу, а за 18 (13 лип, два ясеня, клен, тополь и березу) собственник заплатил компенсационную стоимость.

— Большую? В Уфе, например, за снос дерева с диаметром ствола больше 18 см платят кругленькую сумму — от 160 тысяч рублей.

— У нас ценовая градация зависит от ценности породы. В итоге получилась внушительная сумма. В этом году мы будем заниматься уже высадкой деревьев в этом районе.

— И все-таки сколько в среднем стоит спиленное дерево?

— От 15 тысяч рублей.

— А как деревья оказались на коммуникациях? Разве при высадке кленов эти вопросы нельзя было урегулировать с тем же «Ростелекомом»?

— До 2010 года у нас никто не спрашивал, куда именно высаживать деревья. Сажали все, кто куда хотел. Сейчас мы эти вопросы обязательно согласовываем.

— В районе ул. Дохтурова служащие банка посадили аллею пихт. Но потом на одном из фрагментов этой аллеи появился трактор, велись земляные работы. А после этого шесть пихт куда-то исчезли, остался голый газон. Как так получилось?

— Видимо, и в этом случае при проведении благоустройства место высадки деревьев, к сожалению, согласовано не было. О судьбе этих исчезнувших деревьев мне ничего не известно.

— Куда вывозят скошенную с газонов траву и спиленные деревья? Могут ли горожане, у которых печное отопление, к примеру, покупать эти спилы на дрова?

— Хорошие деревья мы пилим очень редко, а аварийные никакой ценности не представляют. Даже в качестве дров. Но если горожане просят оставить их на месте, мы это делаем, никогда не отказываем и денег за это не берем.

Что касается 18 деревьев около главпочтамта, то собственник земли организацией их спила занимался сам. Кроме разрешительных документов, мы ему ничего не давали. Куда он эти спилы дел — его личное дело.

— А куда вообще все это вывозится?

— Есть технический овраг в районе 2-й Ясенной улицы, который проходит рекультивацию. Мы туда все свозим, а затем засыпаем грунтом. Это у нас техническая площадка No3, она находится в районе Зеленстроя.

— Работники вашего предприятия должны заботиться о высаженных деревьях. Но вот возле костела несколько молодых лип в итоге засохли. Та же история и с елочками, появившимися за бывшим кинотеатром «Октябрь», — каждая вторая засохла через несколько месяцев после высадки.

— Напротив костела мы в прошлом году высаживали 30 лип. Причем посадочный материал был отличный, привезенный с комом земли. На саженцы этих садовых липок и гарантия была хорошая — всего 1% отпада. Но прошло 4 дня после высадки, и в ночную смену в диспетчерской службе раздался звонок.

Пришлось вызывать полицию, потому что выяснилось: пьяные молодые люди там «тусовались», и, видимо, им некуда было девать свою «удаль молодецкую» — они выдрали из земли четыре липы, сложили их и хотели поджечь. Остановил их наш тракторист, который в это время занимался уборкой улицы. К сожалению, этих вандалов задержать не удалось — они «смело» убежали.

Мы вернули липы на место, и три из них сразу прижились. Жизнь одного деревца пока вызывает сомнения. Но надеемся, что и эта липка приживется. Мы привозили саженцы из «Рузского совхоза декоративного садоводства» в Подмосковье. В крайнем случае, если дерево весной все же не проснется, нам поставят оттуда один саженец липы.

В рамках городской игры-путешествия «Музейный марафон — 2017» Смоленский музей-заповедник провел посадку 35 елочек у кинотеатра «Октябрь». В мероприятии приняли участие команды старшеклассников 30 школ Смоленска. Все елочки были именные — каждой команде вручили сертификат на право посадки саженцев. Мы разрешили в этом месте высаживать елочки, потому что там нет подземных коммуникаций. Но, видимо, качество саженцев оставляло желать лучшего, раз деревца не прижились. Откуда они взялись — мы не знаем.

А в парке Пионеров один сознательный гражданин нам постоянно подсаживает сосны и палочками их окантовывает. Приезжаем — сосенка сидит и… засыхает. Мы уже поняли, что бороться с такой инициативой бесполезно. Как объяснить этому смолянину, что в любом парке и сквере должен быть определенный видовой состав деревьев, что есть утвержденный дизайн-проект и что в 2017 году в парке «Квадра» переложила подземные сети…

— И много таких сосен он высадил?

— Осталось четыре, мы их сейчас пересадили чуть ближе к фонтану и огородили.

— А что скажете по поводу антиподов этого сознательного гражданина — у нас много желающих умыкнуть цветы с клумбы или саженцы из парка?

— К сожалению, очень много. В прошлом году активно выкапывали красивейшие ампельные бегонии из вазонов на Блонье. Они исчезали практически каждый день, в общей сложности пришлось досаживать 36 бегоний, между тем стоимость каждой – 180 рублей.

На ул. Дохтурова, возле здания прокуратуры, два раза полностью переворачивали арку с цветами…

С розами вообще все печально. Мы высадили их у памятника воинам, защитникам и освободителям Смоленска на пл. Победы, а в итоге из 104 роз осталось 4. Ведь к каждому цветнику полицию и видеонаблюдение не поставишь.

— За исчезнувшие цветы, самовольно спиленные деревья, машины на газонах и т. д. кто-то несет ответственность?

— Это административные правонарушения. Насколько я знаю, в прошлом году полицией было возбуждено четыре таких дела.

— Где вы закупаете рассаду?

— На сайте госзакупок по 44-му ФЗ. В 2008 году, когда я пришла в МУП «Горзеленхоз» экономистом, у предприятия были теплицы. Но они были арендованные, поэтому выгоды не наблюдалось. Себестоимость цветка получалась «сказочной» — в среднем по 16 руб., когда можно было купить и за 5, и за 7. Для Смоленска, чтобы засадить клумбы, в среднем нужно 600 тыс. цветков — чтобы это было красиво, здорово и смотрелось.

В прошлом году у нас было 5600 кв. м клумб, в 2018-м планируем увеличить их площадь до 6000 кв. м. Сначала мы отказались от теплиц, ушли на сайт госзакупок, но потом поняли, что своя теплица нам все-таки нужна. Ведь к 25 сентября — к Дню города Смоленска — все поставки заканчиваются, а бывает нужна подсадка цветов: где-то что-то завяло, где-то подсохло… Благодаря руководству города в 2017 году у нас появилась своя небольшая теплица — в 200 кв. м — около школы No35.

И уже в прошлом году 102 тыс. цветов мы выдали из своей теплицы. Это даже больше, чем планировали. В начале августа оставалась рассада, и мы начали высаживать цветы на «островках безопасности» на перекрестке улиц Шевченко — Кирова — Тенишевой. Решили попробовать посадить там бархатцы и агератум. И красиво же получилось! Облагородили с помощью цветов и разворотный круг на Витебском шоссе. Туда тоже привезли землю, разровняли, высадили цветы кружочками. В этом году руководство предложило оформить вертикальными цветниками разделительные полосы на улице Кирова и проспекте Строителей.

— Что выращиваете в вашей теплице?

— В основном бархатцы, агератум. Петуния тоже была вся местная, вы могли ею любоваться при вертикальном озеленении — на арках. Крышу в теплице мы переделали своими силами, купили освещение, работаем. Сейчас идет посев. Сеем те же цветы.

Хотим высеять многолетние злаковые — шикарную кортадерию — пампасную траву и овсяницу. Планируем высадить их в новых зонах, уже появившихся в Смоленске в рамках программы «Комфортная городская среда» — это в парке Авиаторов на ул. Ударников, на ул. Коммунистической и ул. Ногина.

— А красотку форзицию?

— Она цветет лишь неделю, а горожанам хочется, чтобы цветение радовало глаз постоянно.

— У вас самой есть любимые кустарники?

— Мне очень нравится весьма популярный у ландшафтных дизайнеров кустарник – спирея японская. Она в момент цветения сиреневая, потом желтая. Спиреей обрамлены клумбы на ул. Большая Советская. Очень красива лапчатка — много цветов, долго цветет, хорошо приживается. Трижды пробовали культивировать глицинию — увы, она вымерзает.

— Какие экзотические для Смоленска деревья можно встретить на городских улицах?

— У нас есть 48 маньчжурских орехов на пр. Строителей, черемуха Маака (алея вдоль нового зоопарка). Клены, рябины я уже в расчет не беру, как и сортовые липы. Высадили козью иву на улице 25 Сентября (зеленая зона напротив храма Новомучеников Российских в парке имени 1100-летия Смоленска). Эта ива очень выигрышно выглядит — красивая, компактная, стойкая, ее можно стричь, чтобы придавать любую форму.

— В последнее время смоляне активно занялись благоустройством своих дворов. Стали высаживать кустарники, разбивать клумбы. Зеленстрой может оказать им какую-то практическую помощь? Например, весной привезти машину земли?

— Зеленстрой — бюджетное учреждение. Землю для своих работ мы покупаем также на аукционах. Поэтому не имеем права что-то кому-то давать бесплатно.

— А оказать помощь в плане ландшафтного дизайна?

— У нас есть инженеры садово-паркового хозяйства. Смоляне, которым нужна консультация, могут обратиться письменно или по электронной почте, мы выедем на место и подскажем, что и куда лучше высаживать. Это бесплатно.

— Сейчас идет кронирование лип на ул. Октябрьской Революции. Не слишком часто мучают смоленские деревья в центре города столь серьезной обрезкой?

— Это не кронирование. Это формовочная обрезка, которая по «Правилам создания, охраны и содержания зеленых насаждений в городах Российской Федерации» проводится на центральных улицах раз в три года. В этом документе, кстати, много интересного: и про побелку деревьев, которая не обязательна в городах, и про содержание дорожек…

— С какими проблемами приходилось сталкиваться в минувшем году?

— Беляевский путепровод, который сейчас находится на ремонте, соединяет Колхозную площадь и улицу Фрунзе. Там возле 22-й школы была полоса старой сирени. Когда мы узнали, что будет ремонт, то провели омолаживающую обрезку кустарника «на пень». Я в жизни еще столько с прокурорами не общалась — и в Заднепровской, и в областной прокуратуре… И это благодаря одному товарищу, который считает, что мы такой омолаживающей обрезкой угробили всю сирень, и жалуется во все инстанции.

В этом месте из-за разросшейся сирени страдала безопасность дорожного движения, сотрудники ГАИ постоянно давали нам предписания, а мы вырезали там по веточке. И тут, воспользовавшись случаем, мы провели весь фронт омолаживающих работ, чтобы не возвращаться к этому участку минимум пять лет. А началось такое! Мы объясняем, что прирост кустарника уже составил 50 см молодых побегов. О чем можно говорить еще? Но человек продолжает писать жалобы. Нервотрепка длится уже целый год.

— А еще сирень планируете высаживать?

— Планируем. И если кто-то сам выйдет с такой инициативой, то тоже поддержим, если, конечно, на облюбованном месте высадки не будет подземных коммуникаций. Часто спрашивают: почему не засаживает тот или иной участок? А там под землей сплошняком идут коммуникации, поэтому в таком месте даже кустик никакой нельзя посадить, только траву.

— И где такие участки, например?

— Парк Пионеров, ЗАГС. Мы возле ЗАГСа брусчатку положили, высадили много роскошных растений при реконструкции здания в 2012 году — кустовые розы, девичий виноград, туи, клумбы обустроили. А в прошлом году из-за ремонта, который проводила «Квадра», оказалось все раскопано. Хорошо, кизильник успели спасти, туи забрали, теперь ищем, куда их высадить. В центре Смоленска что-то сделать сейчас очень проблематично. Такая же ситуация и в новых микрорайонах, например на Краснинском шоссе.

— Сколько деревьев в прошлом году высадили в рамках компенсационного озеленения?

— Высадка идет осенью и весной. С прошлого года осталось высадить 28 деревьев первой группы (особо ценные — липа, ясень, дуб), 12 — второй (береза, рябина), 50 — третьей (ивы), 4 хвойника и 1000 кв. м травяного покрова.

— Каждый год к вам обращаются люди, требующие спилить мешающее дерево во дворе. Сколько деревьев в год вы можете снести по таким заявкам в рамках имеющегося финансирования? Как вообще происходит этот процесс?

— Это очень острый, болезненный вопрос. У смолян, собственников жилых помещений в МКД, есть территории общего пользования, даже если двор не отмежеван. Например, на данной территории стоит дерево, которое мешает, допустим, Петрову, а Сидоров его посадил. Тогда мы приезжаем, оцениваем ситуацию, предлагаем отформовать крону.

Если Петров по-прежнему требует сноса дерева, мы требуем в ответ провести общее собрание жильцов. И если большинство жителей МКД решит дерево спилить, то мы даем документ, что дерево было здорово и что жильцы должны выплатить компенсационную стоимость. Если дерево аварийное, то это дело управляющей компании.

Кстати, о ситуации, когда жильцы сами обустраивают свои дворы. Есть дом на ул. Октябрьской Революции, где сирень посадили рядом с канализационными люками Горводоканала и Теплосетей. Мы объясняем, что так нельзя, но люди грудью бросаются на защиту кустов. Проблема!

— К вам можно прийти посмотреть, что и где можно сажать?

— Конечно, у нас есть карта с нанесением всех коммуникаций, мы дадим всю выкладку. У нас сейчас идет работа над картой, где отмечено, кто и за что отвечает.

— Какой штат у Зеленстроя?

— 200 штатных единиц. Работают 180, не хватает рабочих зеленого хозяйства.

— А сколько техники?

— С учетом похоронной службы, которая нам передана, — 50 единиц. Это самая разная техника, в том числе вышки и пересадочная машина для деревьев-крупномеров, которую мы использовали на улицах Н.-Неман, Кирова, да и много где еще.

— Почему пересаживали деревья на улице Кирова?

— Шло расширение дороги. На пр. Гагарина липам по 30 лет, и там много больных и испорченных деревьев, из-за того что автодорога расширилась и, когда чистят улицы, иногда техникой задевают стволы. Но от этого никуда не деться, ведь раньше деревья стояли на расстоянии 5 м от проезжей части, а теперь — 80 см. У нас много предписаний по поводу того, что то или иное дерево закрывает дорожные знаки. Потому, когда говорят, что деревья надо убирать, у нас начинает болеть голова, ведь по этому поводу наверняка будет большой общественный резонанс.

— В Москве на центральные улицы теперь деревья возвращают…

— Да, в кадках, в чем угодно. Но там это очень дорогие деревья. Их привезли из-за границы, а приживутся ли они, покажет время. Туи, прибывшие из Голландии, живут три года. Потом они сгорают, потому что растворяются те химикаты, которые были на корневой системе. Так было у «Русского двора». Сначала там высадили живые туи, а потом заменили на искусственные.

— Все пожелтевшие туи, получается, плохие, потому что привозные?

— Не всегда. У нас были хорошие саженцы туи, когда мы за памятником Федору Коню высаживали аллею Мира, — но из 60 штук осталось где-то 30. Почему? Основная причина — здесь многие смоляне гуляют с собаками. А корневая система туи поверхностная, и как только на нее попадает мочевина, она сгорает. Туи не удается спасти даже специальными подкормками.

Я приезжала к аллее Мира в 6 утра, так там «собака на собаке». Хозяева выгуливают их и в сквере Памяти Героев, и там, где стоит памятник Кутузову. Причем за своими собаками не убирают. Сделаешь замечание — ругаются. А потом идут мои девочки и все это «великолепие» подбирают. Сбор случайного мусора происходит дважды в день.

— Сколько человек убирают случайный мусор?

— В центральной части города — 15 человек. Одна бригада — начиная с Блонье, другая – всю ул. Октябрьской Революции. Потом сквер Пушкина, около музучилища… Все пешком. Работа очень тяжелая. Как я уже говорила, у нас 180 человек в штате, 20 не хватает, и в основном на этом участке 12 человек.

— Что скажете по поводу «каркалки» для разгона птиц в центре Смоленска? Работает?

— Отпугиватель птиц стоит, мы его периодически включаем. Но в центре города его звучание нежелательно, потому что есть люди, которые работают в ночную смену и днем должны выспаться. Перенесли «каркалку» на Блонье, но тогда нам стали звонить с ул. Коммунистической. Затем переставили ее ближе к драмтеатру. Потому там сейчас чисто, а с другой стороны продолжаем все мыть. Закупаем моющее средство, заливаем в поливомоечную машину. А что делать? Это птицы, экология, ничего с ними сделать нельзя.

— Раньше ставили кормушки для птиц в парке, а сейчас там их не видно. Почему?

— Мы не ставим кормушки третий год. Они уже не такие красивые, к тому же их ломают, раскидывают. Мы вылавливаем их даже из паркового пруда, а на новые «столовые» для птиц денег нет. Да и вообще решили их не ставить. Сердобольные смоляне сами с удовольствием кормят пернатых.

— Теперь предлагаю перейти к еще одному не менее важному фронту работ, который вы курируете, — к смоленским кладбищам. Там, видимо, тоже не обходится без проблем?

— 3 февраля 2017 года администрация Смоленска приняла решение о реорганизации двух бюджетных учреждений в пользу Зеленстроя — о передаче нам специализированной службы по вопросам похоронного дела. Решение было сложным. И признаюсь, мы были не в восторге, ведь это огромный труд и ответственность. Но с 18 мая официально занялись и этой работой. Проблемы были везде, поскольку нам передали несколько функций, которые относятся к компетенции муниципалитета. Основная функция — доставка умершего от места смерти до морга. Эта услуга бесплатная. Ее выполняют наши спецбригады, которые работают круглосуточно.

Очень трудно с кадрами, потому что в каждую смену должно быть минимум четыре человека. Зарплата — 9600 рублей и ни копейкой больше, работают сутки через двое.

Вторая основная функция муниципалитета — предоставление безвозмездных мест под погребение при соблюдении регламента по документам. У нас есть два действующих кладбища, на которых можно выбрать места, — Селифоновское (Смоленский район) и Новое — 7-й км (Рославльское шоссе).

— Ходят слухи, что Селифоново закрывается.

— Нет, не верьте. Кладбище открыто, работает. Мы повторно провели межевание, чтобы убедиться в том, что места есть.

— Что нужно делать после того, как получаешь место на кладбище у смотрителя?

— Ехать в Зеленстрой за разрешением на захоронение. 569-е постановление администрации Смоленска от 31.03. 2014 г. полностью определяет регламент захоронения. Я лично подписываю удостоверение на захоронение только после того, как мне предъявят справку. Раньше ее выдавали в ЖКХ, теперь — смотритель.

Третья наша основная обязанность — содержание кладбищ в соответствии с санитарно-гигиеническими правилами: вывезти мусор, расчистить внутриквартальные проезды и дорожки от снега. Все, что находится на могиле и рядом, — ваше, это собственность, которую вам дало государство.

Сейчас стараемся давать места под семейные захоронения (3,2 на 4 м). Потому что раньше в основном выделяли под одиночные захоронения, а следовательно, когда умирают родственники, начинаем забирать проходы, проезды.

Так вот, покосить траву, вырубить дерево, убраться — это все ваши обязанности. Как в своей квартире. Мы должны убирать упавшие деревья. Ведь все смоленские кладбища старые, деревья на них разрастаются, могут падать на памятники.

Четвертая функция — захоронение невостребованных трупов — людей без постоянного места жительства, одиноких пенсионеров. Эта функция передана нам правительством, оплата этих услуг идет из федеральных структур: Пенсионный фонд перечисляет деньги за одиноких пенсионеров, департамент по соцразвитию — за бомжей.

— Сколько в городе фирм, занимающихся ритуальными услугами?

— Около 60. Мы пока не можем участвовать в полном объеме в этом рынке услуг и создавать конкурентную среду. Но сейчас занимаемся разработкой такой концепции.

— Нашей читательнице на одном из кладбищ Смоленска перед похоронами родственника предложили заплатить 60 тыс. руб. по системе «все включено», навязывая услуги по установке памятника, ограды и т. д. Куда в таких случаях жаловаться?

— Никогда в жизни сотрудник Зеленстроя не скажет, что за 60 тысяч у вас будет «все включено». Максимум, что может предложить смотритель кладбища, — копку могилы. Если же происходят такие вопиющие случаи, что вы мне рассказываете, то об этом нужно сообщать мне или обращаться в прокуратуру. Будем разбираться.

— Сколько получает смотритель кладбища?

— 9363 рубля. У них у всех стандартный оклад.

— В Курске, к примеру, кладбища четко разбиты на кварталы, есть дорожки, к каждой могилке — свободный доступ. У нас порой такое плотное захоронение, что людям приходится идти по могилам, чтобы пробраться к нужной. Есть ли возможность упорядочить захоронение и у нас?

— На кладбище в Селифонове упорядочено все, новые участки разлинеены. Есть планы, которые смотритель не может нарушить даже на 1 см. Вы не можете выбрать место, потому что смотритель закладывает линейку и дает место по очереди. Пришлось прибегнуть к этому, потому что раньше за деньги давали места «получше», не в низине, например. Сейчас мы с этим боремся.

— Это в Селифонове. Но есть еще шесть кладбищ.

— На Колоднянском, в Анастасьине, на Окопном (ул. Соболева), в Одинцове уже нет новых мест. В Подснежниках (ул. Лавочкина) не имеем права давать место — там дальше идут участки под садоводство. Это закрытые кладбища, лишь с возможностью подзахоронить -в существующие могилы или гроб на гроб, когда это близкие родственники. По законодательству так можно делать через 20 лет после первого захоронения. У нас только два закрытых кладбища, на которых вообще ничего не разрешено, — «Клинок» (ул. Урицкого) и «Польское» (возле костела).

— На 7-м километре епархия построила церковь. А в Селифонове не собираются строить?

— Не знаю. Я бы хотела, чтобы там была хотя бы часовенка. Знаю точно, на Одинцовском кладбище будет часовня.

— Какова общая площадь кладбищ?

— 109 га. 36 га — в Селифонове. Больше 40 га нельзя, дальше идут болота. И если выделять там места, то еще года на два-три хватит.

— Сколько примерно человек умирает в Смоленске за год?

— В 2017-м было 680 новых захоронений и еще примерно 1700 подзахоронений. В прошлом году мы похоронили 286 невостребованных умерших в Селифонове.

— На Одинцовском кладбище есть контейнеры для мусора. Когда они появятся в Селифонове?

— К сожалению, контейнеры с кладбищ активно воруют, особенно если рядом находятся приусадебные участки. Поэтому было принято решение на кладбище «Подснежники» оборудовать две забетонированные контейнерные площадки с деревянным ограждением. В Селифонове пойдем таким же путем.

— Сколько таких площадок для сбора мусора появится в Селифонове? Кладбище-то большое!

— В Селифонове 24 участка, поэтому там должно быть как минимум 25 таких забетонированных и огороженных площадок. Часть из них сделаем в 2018 году. Там есть еще проблема с дорогой.

— А через два-три года, когда резервные земли Селифоновского кладбища иссякнут, где будем хоронить?

— Сейчас этот очень сложный вопрос рассматривается как в городской, так и в областной администрации. Несколько мест нам уже предложили, но главное – возможность соблюдения санитарно-гигиенических норм. Как только определимся с местом для нового кладбища, вы об этом обязательно узнаете. Потому что в городской черте мест для кладбищ больше нет. Это решает область, и губернатор Алексей Владимирович Островский нам в этом вопросе очень помогает.

— Поговаривают, что книги, в которых велась запись похороненных на смоленских кладбищах, безвозвратно потеряны. Возможно ли такое?

— Книги учета захоронений ведутся, нам передан архив с 2015 года. Если бывают нужны материалы более раннего времени — запрашиваем их в городском архиве. Сейчас разрабатывается программа инвентаризации всех кладбищ. Мы планируем уложиться в семь лет, начали с маленьких кладбищ. Должен быть план погоста, описание мест захоронений, перепись всех захороненных, в каком году это произошло, номера распоряжений, если таковые имеются…

— А крематорий у нас не будут строить?

— Такое строительство актуально в городах с населением более 700 тыс. Пока моя главная проблема — мусор. На 7-м километре и в Селифонове он вывозится через день.

— Чем вы занимаетесь в свободное время?

— Люблю лечь на диван, включить телевизор и посмотреть что-то комедийное, чтобы заснуть с улыбкой на лице. Но подобное позволяю себе редко. Обычно после работы изучаю опыт других городов, особенно что касается кладбищ. Это очень интересно.

Похожие новости:

Хочешь быть в курсе последних новостей Смоленска?
Подпишись на обновления сайта по RSS новости смоленскаRSS, RSS новости смоленскаEmail или twitter новости смоленскаTwitter

Оставить комментарий

Подтвердите, что Вы не бот — выберите самый большой кружок: